Запад и
Восток вместе сошлись
(Интервью Ченцова Дмитрия для журнала "Клинок
булатный")
Восток с
незапамятных времён являлся законодателем мод в области
холодного оружия. Великолепное качество клинков, изысканная
отделка рукоятей и ножен превращают восточные мечи и сабли,
кинжалы и ножи в произведения высокого искусства. Нет ничего
странного в том, что современные российские мастера,
подвизающиеся на ниве авторского художественного оружия, отдают
дань богатейшей традиции Востока. Недавно в редакции побывал
наш постоянный автор, арт-директор Группы компаний «Подарочный
фонд «СТАТУС» Дмитрий Ченцов. Он представил новые работы своего
творческого коллектива и ответил на наши вопросы.
-Что для вас значит
обращение к восточной теме – дань моде, оружейному мейнстриму
или есть какие-то более глубокие причины?
-И то, и другое. Не
вижу ничего зазорного в том, чтобы пытаться идти в ногу со
временем. Сегодня действительно наблюдается почти повальное
увлечение оружейными традициями Юго-Восточной Азии и стран
исламского Востока, а также Индостана. Что такое Восток? Это не
только «дело тонкое», но и по сути родное, близкое для нас,
россиян. Мода на восточное оружие не вчера ведь возникла и уж
тем более не сегодня. Она уходит корнями в далёкое прошлое. А
оно у нас редко когда было мирным и безмятежным. Хорошее,
качественное оружие высоко ценилось в русской армии. Лучшим
подарком военачальнику, не говоря уж о рядовом ратнике, был
клинок восточной, к примеру, персидской работы. В наших
крупнейших музеях хранятся великолепные сабли, подаренные
русским царям. Ханы, шахи и эмиры знали, какими подношениями
можно растопить лёд в сердцах наших государей.
-Самое тесное и
массовое знакомство с восточным арсеналом произошло всё-таки
немного позже – в ходе войн на Кавказе. С кем только не воевали
– и с турками, и с персами, и с «интернационалом» абреков.
-Да, конечно.
Персидскую и турецкую традиции мы воспринимали главным образом
через Кавказ. Скажем, с XVII века там очень усилилось влияние
оружейников Османской Империи. Но Кавказ – это вообще, как
говорится, отдельная песня. Нам горские традиции оказались в
самый раз. У классиков описано, как русские офицеры, приезжавшие
служить на Кавказ, очень быстро начинали одеваться и вооружаться
как горцы. Красиво и удобно! Знаменитая казацкая шашка тоже
родом оттуда. Это, я считаю, вершина кавалерийского холодного
оружия.
-Говорят даже, что
с появлением кавказской шашки эволюция длинноклинкового оружия
как таковая вообще завершилась. Глядя на роскошную шашку «Звезда
Востока», это суждение не покажется особым преувеличением.
-Эта шашка сделана
замечательным мастером-оружейником Сергеем Епонешниковым. Я
отношусь к Сергею с огромным уважением и счастлив, что он входит
в наш творческий коллектив. Надо сказать, что современные
мастера отдают предпочтение коротким клинкам. Занимающихся
длинномерами, да ещё на столь высоком профессиональном уровне,
как Сергей, поверьте, в России вообще единицы.
-Рукоять
замечательной работы, просто загляденье. Что за технику
использовал Епонешников?
- Это знаменитая
техника алмазной грани по стали, обронная гравировка и
золочение. У Сергея Епонешникова только алмазная грань не по
стали, а по серебру. Что касается оброна, то для тех, кто не
знает, поясню: эта техника представляет собой рельеф с выбранным
углублённым фоном и объёмной обработкой элементов изображения, в
отличие от штриховой гравировки, при которой на поверхность
металла наносят контурные линии и штрихи. Оброн – слишком
дорогое удовольствие, поэтому на массовых изделиях его не
увидишь. К тому же если штриховая гравировка может быть нанесена
механически, то оброн требует исключительно ручной работы.
-Этот длинномер,
судя по тому, что вы показываете эскизы, ещё находится в работе.
Почему на ножнах сабли изображён государственный флаг
Объединённых Арабских Эмиратов? Заказ какого-нибудь шейха?
-Угадали. Эту саблю,
точнее не просто саблю, а зульфакар мы выполнили для заказчика,
живущего в ОАЭ.
-Там что, свои
мастера перевелись?
-Не хочу никого
обидеть, но приходилось не раз слышать, что такого уровня
мастеров, как у нас в России, на арабском Востоке нет. Во всяком
случае, заказ был размещён именно у нас.
-Зульфакар – один
из главных символов ислама. По преданию у самого пророка
Мухаммеда была такая сабля.
-Сначала у него, после
у его зятя, халифа Али. Зульфикар, Зульфакар, Зу-ль-факар, Джуль
Факар – в переводе с арабского «Имеющий позвонки, становой
хребет». Такие сабли с тяжёлой елманью получили широкое хождение
в турецкой армии в XVIII веке, но
появились-то гораздо раньше. Говорят, мощный, тяжёлый клинок
разрубал всадника до седла. У классического зульфакара клинок -
волнистый, раздвоенный у острия. Легенда гласит, что в 624 году
пророк Мухаммед разгромил племена язычников и добыл в бою трофей
– меч с двумя клинками. В руках пророка меч обрёл огромную силу,
отсюда и название – «Имеющий становой хребет». Потом меч по
наследству достался зятю пророка – халифу Али, великому воину.
Историки оружия высказывают предположение, что на самом деле
пророку мог достаться в бою не меч, а длинный кинжал с двумя
клинками из Северной Африки. Зульфакары заказывали для себя
мусульманские военачальники, наверное, чтобы уподобиться пророку
и халифу. Мы решили максимально близко подойти к историческому
прототипу – клинок будет волнистым и раздвоенным на конце. Наш
зульфакар отличает богатая отделка. Всё-таки оружие
предназначено шейху.
-Ножи кард,
пеш-кабз – это уже Персия, Индия.
-Кард попал в Индию из
Персии. Главная особенность этого ножа, пожалуй, в том, что его
делали всегда очень качественно. Рукоять простая по форме,
слегка расширяется к навершию. Клинок в поперечном сечении имеет
Т-образную форму. К острию клинок сужается, но само острие, как
правило, весьма массивное. Такую форму карду придавали
специально для того, чтобы пробивать кольчуги. На кард и внешне,
и конструктивно похож пеш-кабз. И предназначение у него то же
самое – пробивать доспехи. Поэтому боевой конец пеш-кабза часто
гранили. Слово это персидское, означает «кинжал» именно такой
формы. Эти ножи-кинжалы обычно бывают больших размеров, клинки
резко сужаются к острию. Рукоять приблизительно такая же, как у
карда, однако короче и толще. Пеш-кабзы были распространены в
Персии, Северной Индии, Афганистане. Карды и пеш-кабзы нередко
ковали из дамаска или булата. Мы решили от этой доброй традиции
не отступать.
-Об отделке тоже
надо обязательно сказать. По-моему, к восточным техникам и
материалам вы весьма удачно добавили исконно русские.
-Сергей Лукашин, автор
карда «Халиф» блестяще владеет техникой черни. Эдуард Скворцов
родом с Урала, земляк Данилы-мастера. Не знаю, как там насчёт
каменного цветка для Хозяйки Медной горы, но рукоять пеш-кабза –
мы его назвали «Тысяча и одна ночь» - он выполнил, по-моему,
классно. Чёрный нефрит («ночь» же всё-таки – не «день») с
вставками из турмалинов. Действительно пытаемся, если можно так
выразиться, интернационализировать нашу работу, совмещая самые
различные традиции, технологии и материалы. А уж Скворцову сам
Бог велел - Урал, как известно, разделяет (или связывает?)
Европу и Азию, то есть наш коллега воспринял обе традиции, оба
стиля.
-Названия ваших
изделий в основном «восточные» и вдруг в этом романтическом ряду
появляется такое подчёркнуто нейтральное – бебут
«Коллекционный». Вы, таким образом, подчёркиваете его особую
ценность для коллекционеров?
-Что ж, можно,
наверное, и так трактовать. Коллекционируют всё, что угодно, но
мне кажется, особой прелестью обладают вещи старинные или же
такие, что от старинных практически не отличишь. И общая
форма, и манера оформления кинжала призывают как бы оглянуться в
прошлое. В первой половине XIX
века в Россию пришла мода на оформление
курительных комнат в
восточном стиле. Тогда же появились и первые персидские кривые
кинжалы, богато украшенные полихромной эмалью. Рукояти и
приборы этих кинжалов украшались тончайшим сложным растительным
орнаментом и самоцветными камнями. Русские мастера не могли
оставаться равнодушными к этому великолепию и, в свою очередь,
начали изготавливать изделия, выполненные в восточном стиле, но
с привнесением своих неповторимых черт.
В бебуте «Коллекционный» за
основу взята классическая персидская форма кинжала. Но
рисунок орнамента на приборе и рукояти выполнен в русском стиле
с использованием традиционной для России техники
перегородчатой эмали.
Конечно, судить не нам, но, думаю, в целом авторам удалось
совместить восточную роскошь с элегантной сдержанностью,
присущей русской оружейной школе.
-Для того, чтобы
так тонко чувствовать оружие и уверенно ориентироваться в
исторических прототипах, нужна и подготовка соответствующая.
-Я и мои коллеги
имели, прямо скажем, уникальную возможность пройти научную
стажировку в запасниках таких
крупнейших музеев, как Государственная Оружейная палата
Московского Кремля, Государственный Исторический музей,
Государственный Эрмитаж,
Арсенал Государственного музея-заповедника "Гатчина",
Центральный
военно-морской музей, Российский этнографический музей, где
смогли вплотную ознакомиться с подлинными шедеврами оружейного
искусства Востока. Мы также постоянно сотрудничаем с Тульским
государственным музеем оружия. Так что подготовительная работа,
как видите, была проделана немалая.
-Вещи, о которых вы
нам сегодня рассказали, действительно производят неизгладимое
впечатление. Помимо неоспоримых эстетических и функциональных
достоинств, они содержат в себе, по-моему, ещё и глубокий
культурологический смысл. Сначала Восток покорил нас традициями
своих оружейных школ, а теперь российские мастера на свой манер
продолжают и обогащают эти традиции. В данном контексте афоризм
Киплинга: «Запад есть Запад. Восток есть Восток. И вместе им не
сойтись!» не работает.
Успехов вашему
творческому коллективу! И до новых встреч.
-Спасибо!
С Дмитрием
Ченцовым беседовал Игорь Минаев
В
начало страницы
>>>
